Миллион строк за доллар

архив

Название этой главы легко проверить на калькуляторе, и я его проверил. Языковые модели берут плату за так называемые токены, кусочки текста длиной от одной буквы до целого короткого слова, и строчка обычного программного кода занимает у них в среднем около десяти таких кусочков, иногда меньше, иногда больше, в зависимости от языка и привычек автора. Самые дешёвые модели осенью 2026 года берут за миллион выданных токенов около тринадцати центов, так что миллион строк у них обходится примерно в доллар с небольшим. Модель, которой не страшно доверить настоящую работу, стоит раз в тридцать дороже, и тогда миллион строк обойдётся в несколько десятков долларов, то есть примерно в стоимость ужина на двоих в хорошем ресторане. Название, таким образом, если и преувеличивает, то ненамного.

Для сравнения стоит вспомнить одну из самых дорогих программ в истории. В 1996 году журналист Чарльз Фишман написал для журнала Fast Company очерк о группе, которая писала программу управления космическим шаттлом. Программа занимала 420 тысяч строк, и группа тратила на неё тридцать пять миллионов долларов в год. Если грубо поделить, выходит больше восьмидесяти долларов на каждую строчку, причём ежегодно, всё время, пока программа существует. Зато в каждой из трёх последних на тот момент версий этой программы нашли ровно по одной ошибке, а за одиннадцать версий их набралось семнадцать, тогда как в коммерческой программе сопоставимой сложности, по оценке из того же очерка, их было бы около пяти тысяч.

Между восемьюдесятью долларами за строчку и долларом за миллион строк лежит разница почти в сто миллионов раз, и эту главу стоит посвятить тому, что происходит с миром, когда стоимость чего-нибудь падает настолько.

ОпытНаписать строчку и содержать её

---

иллюстрация

Пока код был дорогим, у разработки программ был естественный тормоз, которого никто не замечал, потому что он был встроен в саму экономику дела. Каждый новый модуль, каждую кнопку, каждый отчёт для бухгалтерии кто-то должен был написать, а этот кто-то получал зарплату, болел, уходил в отпуск и имел неприятную привычку спрашивать, зачем это нужно. Из-за этого вокруг программирования выросла огромная система отбора: оценки сроков, списки задач, расставленные по важности, совещания, на которых решали, что делать в этом квартале, а что отложить до следующего, и менеджеры, которые говорили «нет» гораздо чаще, чем «да». Программисты эту систему традиционно ненавидели и считали бюрократией, мешающей работать.