Урок пурпурной линии
В 1997 году капитан American Airlines Уоррен Вандербург прочитал пилотам своей компании лекцию «Дети пурпурной линии». Молодые пилоты привыкли следовать за линией маршрута, которую рисует бортовой компьютер, и управлять автоматикой вместо самолёта. Вандербург разобрал происшествия за несколько лет, и больше двух третей из них выросли из того, что люди не справились с автоматикой (глава «Откуда возьмутся сеньоры»). Запись лекции есть на странице «Капитан Вандербург о зависимости от автоматики».
В ночь на первое июня 2009 года у аэробуса Air France, летевшего из Рио в Париж, обледенели датчики скорости, и автопилот отдал управление людям. Задача была решаемой, но пилот за штурвалом никогда не тренировался вести такую машину вручную на такой высоте. Через четыре с половиной минуты самолёт упал в океан, погибли двести двадцать восемь человек. В январе 2013 года американское авиационное ведомство посоветовало авиакомпаниям чаще давать пилотам летать вручную. С программированием сейчас происходит то же самое, только без кабины и без чёрных ящиков.
Что уже видно в данных
Летом 2025 года экономисты Стэнфорда во главе с Эриком Бриньолфссоном посмотрели на зарплатные ведомости миллионов американцев. В профессиях, сильнее всего затронутых ИИ, занятость людей от двадцати двух до двадцати пяти лет с конца 2022 года упала на тринадцать процентов относительно остальных, а у молодых разработчиков примерно на пятую часть. Опытных людей это почти не коснулось. Статья называется «Канарейки в угольной шахте» (там же).
В начале 2026 года двое исследователей Anthropic дали пятидесяти двум в основном начинающим разработчикам освоить незнакомую библиотеку для Python, половине с ИИ-помощником, половине руками. На контрольной без помощника первые набрали в среднем пятьдесят процентов, вторые шестьдесят семь, и хуже всего у группы с помощником вышла отладка. Внутри этой группы те, кто спрашивал модель, почему всё устроено именно так, набирали от шестидесяти пяти процентов и выше. Те, кто просил написать код за них, не дотягивали и до сорока (там же).
Почему лестница сломалась
Веками мастерами становились одинаково. Ученик подметал мастерскую, подмастерье делал работу посложнее под присмотром, а лет через пять-семь из него получался человек, которого можно пустить к несущим стенам. В программировании роль подметания играли мелкие задачи: поправить форму, дописать отчёт, починить скучную ошибку. Именно их агенты теперь делают лучше и быстрее всех (там же).
Чего не знает новичок, проще показать на примере. Две клиентки одновременно записываются к одному мастеру на одно время, программа у обеих видит, что время свободно, и записывает обеих. Это состояние гонки, и администратор, который проверяет сайт в одиночку, его никогда не увидит (глава «Почему новичок с Claude не стал сеньором»). Посмотреть на гонку по шагам можно в опыте «Одно кресло и двойное нажатие». Модель про гонку знает всё, только без запроса не скажет. Поэтому я повторяю формулу: ИИ усиливает понимающего и ускоряет катастрофу непонимающего, а разница между ними сводится к списку вопросов, которые человек догадывается задать (там же).
Что я предлагаю
Начинать с того же, с чего начали лётчики, с полётов руками. В начале двухтысячных, когда я работал в «Ниеншанце», мы с Костей в перерывах собирали Linux по книге «Linux From Scratch», всё из исходников. Практического смысла в этом не было, зато операционная система перестала быть для меня чёрным ящиком навсегда. Новичку нужен свой Linux From Scratch, несколько вещей, собранных целиком своими руками (там же).
Дальше машина может стать лучшим учителем, какой у новичков когда-либо был, если спрашивать её «почему». Школой становится разбор кода агентов под присмотром человека, который знает, куда смотреть, а тренажёром для аварий служат выключенные серверы, восстановление из резервной копии за час, нарочно сломанная миграция и чужие разборы вроде GitLab и Knight Capital (там же).
Деньги при этом работают против двадцатидвухлетних. Каждой компании выгоднее подождать, пока новичка вырастит кто-то другой, и если так рассудят все, через десять лет брать готовых будет неоткуда. Экономисты называют это трагедией общин. Кому-то придётся решить, что растить своих людей дешевле, и начать раньше конкурентов (там же). Шедевром нового мастера, по-моему, будет система, которую он спроектировал, огородил запретами и проверками, отпустил работать без присмотра, и которая ничего вокруг не разнесла.
